Куат, Сиенара и БласТех: кто вооружает галактику и почему мир им невыгоден

Когда держишь в руках бластерную винтовку DC-15A, ты не думаешь о том, кто её сделал. Ты думаешь о том, попадёт ли заряд в цель. Солдатская правда проста: оружие либо работает, либо нет, и второго шанса проверить может не быть. Но если прожить достаточно долго — дольше, чем рассчитывали твои создатели, — начинаешь замечать вещи, которые с поля боя не видны.

Я заметил одну такую вещь. И она не даёт мне покоя до сих пор.

На протяжении трёх войн, двух режимов и одной галактической перестройки я держал в руках оружие, построенное одними и теми же корпорациями. Республика покупала у них. Империя покупала у них. Сепаратисты — через подставные компании, через третьи руки, но тоже у них. И каждый раз, когда одна война заканчивалась и начиналась другая, эти корпорации не просто выживали. Они росли.

Три кита военной машины

Их три, и каждая отвечает за свой кусок войны.

Куат Драйв Ярдс — это корабли. Не просто корабли, а хребет любого флота: от аккламаторов и венаторов Республики до звёздных разрушителей Империи. Верфи Куата — это кольцо вокруг целой планеты, индустриальный монстр такого масштаба, что галактика давно перестала воспринимать его как что-то построенное людьми. Он выглядит как природное явление. Как будто сама гравитация решила, что здесь будут делать линкоры.

Куат пережил Республику без единой царапины. Когда Палпатин объявил о создании Империи, верфи Куата просто переключились с венаторов на имперские звёздные разрушители — без паузы, без политического заявления, без вопросов. Бизнес есть бизнес.

Сиенар Флит Системс — это истребители и передовые технологии. TIE-истребители, которые стали лицом имперского флота, родились именно здесь. Но Сиенар работал на Республику задолго до Империи. Их инженеры не меняли политических взглядов — они меняли чертежи под нового заказчика. И надо отдать им должное: с инженерной точки зрения они делали отличные машины. С человеческой — им было всё равно, кто сидит в кабине и против кого он летит.

БласТех Индастриз — это то, что солдат держит в руках каждый день. Винтовки, пистолеты, всё стрелковое. DC-15, DC-17, E-11 — всё это БласТех. Я держал их продукцию десятки раз. И знаете, что интересно? E-11, стандартная винтовка имперского штурмовика, построена на том же технологическом ядре, что и наше клонское оружие. Они просто поменяли корпус, слегка доработали эргономику и продали новой власти как «новое поколение». А старая власть к тому моменту уже перестала существовать.

Экономика, которая не умеет проигрывать

Война — это не только стратегия, тактика и мужество. Это ещё и экономика. И с экономической точки зрения затяжной конфликт идеален для производителей оружия. Каждый подбитый истребитель — это новый заказ. Каждая потерянная винтовка — это новая поставка. Каждая эскалация — это расширение рынка.

Мир, с этой точки зрения, является проблемой. Не потому что кто-то из руководителей Куата или БласТех — злодей из дешёвой голодрамы, потирающий руки при виде взрывов. Таких там, наверное, тоже хватает, но проблема глубже. Проблема в том, что сама структура этих корпораций заточена под бесконечный конфликт. Их акционеры, их производственные цепочки, их лоббисты в Сенате — всё это существует в логике, где сокращение военных расходов означает сокращение прибыли.

И они очень, очень хорошо умеют убеждать правительства, что сокращать военные расходы нельзя.

Я видел это своими глазами во время Войн клонов. Сенат голосовал за новые кредиты на производство оружия с той же ритуальной неизбежностью, с какой на Корусанте восходит солнце. Аргументы всегда были одни и те же: враг наращивает силы, мы не можем отставать, безопасность Республики требует. И никто — никто — не спрашивал, почему безопасность Республики всегда требует покупать больше оружия у одних и тех же трёх компаний.

Нейтралитет как бизнес-модель

Самое поразительное в этих корпорациях — их способность быть везде и нигде одновременно. Когда Республика воевала с КНС, оружие БласТех каким-то образом оказывалось на обеих сторонах. Официально — нет. Официально они были поставщиками Республики. Но оружие имеет свойство теряться, перепродаваться, попадать не в те руки. И почему-то «не те руки» всегда были руками, готовыми платить.

После падения Республики и прихода Империи не произошло ровным счётом ничего — с точки зрения Куата и Сиенара. Они просто продолжили работать. Империя была даже лучшим клиентом: она не задавала неудобных вопросов о цене, не требовала отчётов перед Сенатом и не устраивала дебатов о том, этично ли тратить бюджет целой системы на один супер-разрушитель.

А потом, когда Империя пала, — вы думаете, Куат закрылся? Нет. Новая Республика тоже нуждалась в кораблях. Может быть, не в таких масштабах. Может быть, с другими спецификациями. Но дверь Куата всегда была открыта для того, у кого есть деньги и потребность в военной силе.

Что это значит для солдата

Я не экономист и не политик. Я солдат. И вот что я вижу с позиции солдата.

Каждый раз, когда я терял брата в бою, кто-то в кабинете на Куате или в офисе БласТех получал новый производственный заказ. Каждый уничтоженный корабль был не только трагедией для экипажа — он был строкой в квартальном отчёте. Каждая эскалация конфликта была не только политическим провалом — она была расширением рынка.

Я не говорю, что инженеры и рабочие Куата или БласТех — плохие люди. Среди них наверняка полно тех, кто просто делает свою работу и хочет прокормить семью. Но система, внутри которой они работают, устроена так, что мир для неё — убыток. И эта система умнее любого отдельного человека внутри неё. Она не злая в смысле карикатурного злодейства. Она просто... равнодушная. Она считает прибыль, а не жизни.

И в этом, возможно, самый страшный её урок.

Урок длиной в жизнь

За десятилетия службы я усвоил: врага можно победить в бою. Ситха можно уничтожить. Империю можно свергнуть. Но есть вещи, которые не побеждаются военной силой — потому что они не являются военной силой. Они являются экономической гравитацией. Они притягивают конфликт к себе с той же неизбежностью, с какой планета притягивает спутники.

Пока галактика нуждается в оружии, всегда найдутся те, кто будет его производить. И пока эти производители существуют как независимая сила, а не как инструмент демократически контролируемой обороны, у них всегда будет стимул сделать так, чтобы галактика нуждалась в оружии как можно дольше.

Это не заговор. Это бизнес-модель.

И она пережила Республику. Пережила Империю. Скорее всего, переживёт и всё, что придёт после.

Мы, солдаты, сражаемся за мир. Они, корпорации, зарабатывают на войне. И пока это уравнение не изменится, наша работа никогда не будет закончена — а их отчёты всегда будут в плюсе.

Вот о чём я думаю, когда держу в руках очередной бластер, сделанный на всё той же фабрике, что и предыдущий. И следующий. И тот, что был у врага.